UA-108603820-1 Профессор ВШЭ Николай Петров. ««Эпоха кнута»: элиты и конфликты» — Свободный Урал
Ученых шокировала находка под Стерлитамаком
20.03.2018
Москали в два раза больше стали убивать уральцев наркотиками
20.03.2018

Профессор ВШЭ Николай Петров. ««Эпоха кнута»: элиты и конфликты»

Новый проект InLiberty и Кирилла Рогова «Экспертный клуб» представляет мнения экспертов о важнейших тенденциях и развилках пятого срока и нового политического цикла, который в силу целого ряда причин обещает быть для страны не менее драматичным, чем предыдущий. Ниже размещена статья профессора политологии Высшей школы экономики Николая Петрова, а полностью со всем обзором можно ознакомиться здесь.

Регионы. Внешнее управление и маятник децентрализации 

Политическая система пришла в движение: начавшаяся смена элит отражает изменение логики режима, а приход новых элит радикализует изменения его характера. В отношениях с регионами Кремль продолжает развивать силовое наступление на местные элиты, продвигаясь к идеалу «внешнего управления». Такая ситуация приведет к резкому росту конфликтов в случае, если власть центра по каким-то причинам в определенный момент ослабеет. Власть в этом случае может сама снова упасть в руки регионов. Рефедерализация и возврат на региональный уровень полномочий, отнятых в предыдущих циклах, давно назрели, и без них выход из экономической стагнации и переход к политике развития вряд ли возможны.

«Эпоха кнута»: элиты и конфликты

Российская политическая система пришла в движение. Как представляется, в ближайшие годы нас ожидают: 1) трансформация политического режима в целях подготовки перехода власти от Путина-президента к Путину-лидеру, 2) накопившийся пакет необходимых экономических мер по адаптации страны к новой экономической и внешнеполитической ситуации, включающий, в частности, пенсионную и налоговую реформы, 3) ремонт и реконструкция устаревшей — морально и физически — политической системы, сложившейся в эпоху «тучных» лет и не отвечающей современным вызовам.

В целом в продолжение закончившегося президентского срока мы наблюдали начало перехода от «эпохи пряников» к «эпохе кнута». Серьезные изменения политической системы уже идут, начиная с 2014 года. И с того же самого 2014 года идет радикальное обновление российских политических элит, имеющее скорее стратегический, чем ситуативный характер. То есть мы наблюдаем процесс взаимосвязанных изменений — как переустройство элит, отражающее изменение логики режима, так и дальнейшую эволюцию режима под воздействием меняющегося состава политических элит. Важно понимать, что это не просто обновление кадров в рамках все той же системы, а попытка изменения системы, в том числе за счет решительного обновления кадров.

По всей видимости, трансформация политической системы будет и дальше развиваться не в соответствии с каким-то мастер-планом, а в режиме реактивных изменений через цепочку кризисов. В первую очередь их стоит ждать в системе управления — в силу деградации управленческих элит, недостатка гибкости системы, короткого горизонта планирования и нарастающей конфликтности в отношениях между уровнями вертикали власти — федеральным, региональным и местным, между многочисленными властными вертикалями, включая силовые, между элитными группами по поводу распределения сокращающейся ренты. Эти конфликты сейчас разруливаются в ручном режиме, но и число их, и масштабы будут возрастать.

Идеал «внешнего управления»

В конечном итоге неизбежной в перспективе этих процессов выглядит перестройка всей системы взаимоотношений между центром и регионами. Последние годы система работала по принципу игры с нулевой суммой: интересы отдельных «башен Кремля» оказывались все лучше представлены в регионах, а интересы регионов в Кремле — все хуже. К чему способна привести ситуация, когда решения федерального правительства не принимают в расчет региональные интересы, показали массовые протесты во Владивостоке и Калининграде в 2009–2010 годах. С тех пор система учета региональных интересов при принятии федеральных решений лучше не стала, и лишь в силу относительного бездействия правительства ничего подобного на местах не наблюдалось.

Вместо совершенствования институциональных механизмов гармонизации интересов федерации и регионов Кремль начал мощную кампанию по наступлению на региональные элиты с кульминацией в виде чистки губернаторского корпуса (в том числе с помощью арестов нескольких действующих глав регионов). В 2017 году была заменена почти четверть губернаторов, и в этом в полной мере проявился новый подход Кремля к проблеме «эффективности регионального менеджмента».

Подавляющее большинство новых назначенцев являются даже не просто «варягами», а скорее московским десантом. Они не только не имели раньше отношения к регионам, в которые назначены, но и не были «первыми лицами», субъектами самостоятельных решений, а делали карьеру, двигаясь по чиновной лестнице. Они рассматривают регион как временную ступеньку в своей карьере и мотивированы выжать из своего губернаторского положения максимум в короткий срок и… уехать.

Оценка издержек и выгод от губернаторских замен выглядит по-разному в короткой и более длинной перспективах. В короткой — наблюдается эффект «медового месяца», когда счета к прежней непопулярной региональной власти обнулены, а новая пока ничем себя не скомпрометировала. Этот период может длиться полгода и заканчивается как раз с президентскими выборами. Дальше издержки, связанные с самим фактом смены команды и с неловкими действиями «молодых технократов», начинают резко возрастать.

Предпринимаемое сегодня наступление на республиканские элиты — это линия на их декоренизацию и деэтнизацию. Такая политика, как это известно из недавней нашей истории, резко усиливает риски национальных конфликтов в тот момент, когда «центр» начинает по каким-то причинам слабеть. Развитие недавних событий вокруг Татарстана (отказ Москвы продлевать двусторонний договор, жесткая позиция в отношении банковского кризиса в республике, давление по вопросу изучения татарского языка) и Дагестана (силовой демонтаж этно-клановых элит и введение своего рода «внешнего управления») можно расценивать или как свидетельство примитивного движения в направлении максимальной централизации, или как стремление застолбить более сильные позиции перед новой децентрализацией. (Заметим, что фактическое выравнивание статусов этнических регионов с остальными создает предпосылки для будущего развития федерализма в его классической версии, не отягощенной элементами особой этнической государственности и этнофедерализма.)

Разворот маятника

В целом можно сказать, что рефедерализация с передачей на региональный уровень большого числа полномочий, прежде всего отнятых в эпоху централизации, давно назрела. Без нее выход из экономической стагнации и реализация политики развития вряд ли возможны. Переход к парадигме развития предполагает высвобождение региональной инициативы. Однако рассчитывать, что Кремль сделает это по собственной инициативе, не приходится — все последние годы вектор был направлен в прямо противоположную сторону. Наиболее вероятным поэтому выглядит вариант реактивной децентрализации в результате цепочки кризисов.

Власть в таком сценарии может в какой-то момент, грубо говоря, сама упасть с федерального уровня в руки региональных элит, как это уже случалось в 1990-е. Беда в том, что сегодня эти элиты деградировали и вряд ли способны эффективно распорядиться такой властью. Региональные элиты декоренизованы, движимы психологией временщиков, полупарализованы в результате репрессий против них. Задача же восстановления качественной региональной элиты решается далеко не в одночасье. Ключевым фактором повышения качества региональной элиты, как и политического развития страны в целом, является возрождение системы местного самоуправления. Без восстановления того, что называется grassroots democracy, включая прежде всего прямые выборы мэров региональных центров, невозможны ни рефедерализация, ни нормальное политическое развитие.

При переходе к политике развития можно ожидать не только продолжения укрупнения регионов, но и дальнейших экспериментов с управленческой сеткой, перекрывающей региональные границы, как, например, в случае с апелляционными судами и проектируемыми агломерациями. Встанет вопрос и о дальнейшей судьбе федеральных округов: то ли их реформировать, то ли отменить вовсе. Впрочем, судьба федеральных округов вторична по отношению к дилемме «унитаризация — регионализация». И если вектор развернется в сторону регионализации, то на место сегодняшних округов, «спущенных сверху», могут вернуться предшествовавшие им ассоциации регионального сотрудничества и взаимодействия, росшие снизу.

Умную власть отличает способность приспосабливаться к объективным закономерностям развития, как например, к развороту маятника «центр — регионы» в сторону регионов, и извлекать для себя максимум выгод в любом положении. Менее умная власть пытается воспрепятствовать объективным процессам и, как скупой, платит дважды, если только есть чем платить. А если нет, ей на смену приходит другая власть.

Источник

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

девять − восемь =

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам:

Website Malware Scan